Лучшие уходят слишком рано.
Слишком быстро. И, конечно, не прощаясь.
Не жестоко это и не странно.
Так лишь кажется тем людям, что остались.

Незаметно. Разве можно потревожить
Этот улей вечно занятых делами?...
Очень тихо, как умеют только души,
Оставаясь на Земле лежать телами.

Улетают. Их, конечно, будут помнить.
Их жалеют, но себя жалеют больше.
Память будет ограничиваться сроком.
Сроком давности. Ведь лучших помнят дольше.