Все, что не вечно, бесконечно,
Украдено у ярких звезд,
Пускай Вселенная беспечна,
Но мы ранимей зыбких верст.
Мы так привыкли быть одни,
Душой, сердцами, а не внешне,
Что, будь, живительный родник,
Он принимаем за безгрешность.
Он осуждаем за восторг,
Он, отторгаемый за юность,
Условно выдвинут на торг
И разукрашенный под лунность.
И мы, нестойкие, нежны,
По умолчанию раскрыты,
Пьяны, растеряны, смешны,
Но как-то мутны и размыты.